Я никогда не видела своего прапрадедушку. Но из рассказов бабушки я имела представление о нем. В данное время бабушка с дедом находятся на родовом участке Черноха, где рыбачат и охотятся. Недавно мы с мамой, копаясь в семейном архиве, нашли документы, заинтересовавшие меня своей необычностью. Я хочу познакомить вас с ними, и по мере возможности рассказать историю каждого документа, которую я выяснила для себя.
Мой прапрадед, Слепцов Егор Степанович (5 мая 1907 года рождения), родом из верхоянских казаков. По воспоминаниям бабушки, он был среднего роста, чернобровый, с густыми кудрявыми волосами, ловкий и сильный мужчина. Я начинаю свой рассказ о прапрадедушке, опираясь на документы ХХ столетия, в котором проходила его жизнь.
1 документ – свидетельство о браке, выданный в 1936 году. Документ выдан Народным комиссариатом Внутренних дел СССР, Отделом Актов Гражданского Состояния, подписан заведующим бюро Загса 25 октября 1936 года. Документ интересен тем, что заполнен буквами латинского алфавита. В 1917 году в Якутске вышел первый якутский букварь «Сахалыы сурук-бичик», который был первым трудом на якутском языке, опубликованным на латинском алфавите. Этот алфавит создан первым якутским лингвистом Семеном Андреевичем Новгородовым, основоположником якутской письменности. С 1920 года, после отливки шрифта для якутского алфавита, все документы заполняются на двух государственных языках: русском и якутском.
2 документ – свидетельство лучшего охотника ЯАССР от 1946 года. Мой прапрадед в республиканском соревновании за особо высокие показатели по добыче пушнины выходил победителем целых три ( IV квартал 1946 года, I квартал 1947 года, IV квартал 1947 года) квартала , а это 12 месяцев тяжелого и опасного труда. Меня особенно тронуло благодарственное письмо от колхоза имени Куйбышева, написанное вручную. Вместе с семьей жили в продуваемой со всех сторон тордохе, топливо заготовляли еще летом, растопляли снег для хозяйственных нужд, выходил проверять пасти на песцов еще затемно, возвращался домой затемно… Охотился на песца. Песец в зимний период в поисках пищи далеко расходится по всей тундре. По рассказам моего деда, чтобы песец не уходил далеко от мест норкования, охотник должен заранее делать привады, т.е. подкармливать их. Во время рождения молодняка охотник охраняет места норкования, чтобы вспугнутый зверь не покидал своей норы, места норкования, выращивал своих щенят в спокойствии.
3 документ – удостоверение Всесоюзного научно-исследовательского института охотничьего промысла, что Слепцов Егор Степанович является постоянным добровольным охоткорреспондентом по Усть-Янскому району ЯАССР.
4 документ — удостоверение о том, что Слепцов Е.С. действительно является рыбаком Туматского отделения совхоза Усть-Янский (подписано директором совхоза Усть-Янский Аммосовым). Удостоверение дано для предъявления представителям рыбоохраны и охотничьего хозяйства. По рассказам моего деда, Маркела Ивановича, потомственного рыбака и охотника , такие удостоверения выдавались всем рыбакам и охотникам. Это показывает заботу государства об охране природы, о непримиримой борьбе с браконьерством и требовало от каждого рыболова и охотника всегда помнить охотничьи заповеди. Мой прапрадед с семьей зимовал в местности Черноха, а летом перекочевывал на речку Күндүөбэйдээх, где рыбачил. Рыболовство не только давало ему и его семье пропитание, но и давало корм его собакам (транспортом служили ездовые собаки). Продукт для привады песца (основного продукта охоты). На руках у меня еще один любопытный документ: справка о падеже ездового оленя моего прапрадеда. Продукты от павшего оленя без остатка переданы в звероферму. Из этого ясно, что каждой колхозной живности велся строгий учет.
5 документ – показывает, что каждый колхозник был охвачен общественной работой. Передо мной документ — решение собрания рабочкома совхоза Усть-Янский от 4.03.1961 года о выделении общественных инспекторов по охране труда. Общественные инспектора были выделены в целях осуществления контроля и охраны труда рабочих совхоза. Из этого документа ясно, что мой прапрадед был назначен общественным инспектором по пушной заготовке бригады «Аҥаардам”. В обязанности общественных инспекторов входило осуществление контроля за соблюдением правил охраны труда и техники безопасности. Значит, рабочий комитет совхоза выполнял обязанности нынешней инспекции по технике безопасности.
6 документ – справка о несчастном случае, произошедшем с прапрадедушкой. Во время перекочевки с летнего стойбища (Күндүөбэйдээх) в места зимней охоты (Черноха), дед сломал себе ногу. Кочевали на оленьих упряжках, нарты споро скользили по густой траве . Вдруг малообъезженный олень в упряжке начал метаться, вскакивать передними ногами на впереди едущие нарты. Дед , чтоб успокоить оленя, схватил его за узду и не заметил, как его левая нога попала в дугу-баран, которая защищает нарту от деревьев, кочек. Олени дернули и дед упал как-то неудачно на бок. По рассказам бабушки прапрадед всегда отличался своей сноровкой, но тут… нога оказалась сломана. С большим трудом семье удалось достичь стоянки ближайших соседей. С их помощью удалось добраться до больницы. В Туматской больнице, тогда врачебный пункт, прапрадед долго лечился. Рабочком совхоза предложил направить деда в Эге-Хая или г.Якутск для дальнейшего эффективного лечения. Это датируется 20.10.1962 года. Получается, что несчастный случай произошел где-то в начале августа, а квалифицированную (рентген, хирургическое отделение) помощь дед сумел получить только в середине октября. Я не вижу вины врачей того времени в этом, так как тогда было другое время и медицина еще не достигла уровня современной.
8 документ – у моих прапрадедушки и прапрабабушки росла единственная дочь, Агафья. Она была очень болезненным ребенком, что даже не смогла пойти в школу. В дальнейшем прабабушка стала известной не только в пределах улуса, но и республики целительницей и костоправом. До сих пор люди вспоминают добрым словом мою прабабушку Слепцову Агафью Егоровну. По воспоминаниям прабабушки, она ни одного года не просидела за школьной партой. Когда ей было 7 или 8 лет, ее отец из поездки в поселок привез ей в подарок книжку. Книжка, как сейчас мне кажется, была напечатана буквами латинского алфавита. В тот год, самоучкой, прабабушка научилась читать и до самой смерти любила книги на якутском. Кроме прабабушки в семье родился еще один ребенок, мальчик. Мальчик дожил до девяти лет, но так не научился ходить. Прабабушка помнит, что братишка, сидя в постели, читал книжку.
Прабабушка из-за болезни не могла работать со всеми в колхозе, о чем рассказывают две справки, которые мы нашли в архиве. Но, по воспоминаниям бабушки она умела делать не только всю работу по дому, но умело управлялась и с мужской работой: отлично владела ножом, вдвоем с отцом построили на Чернохе деревянный амбар и балаган (юрту). Отец очень любил дочь, сохранилась даже справка о том, что Слепцов Егор Степанович месяц находился около больной дочери в Казачинской больнице. Мы так же нашли авиабилет прабабушки по маршруту Батагай – Казачье, стоимостью 20 рублей. Очень интересно было посмотреть на него.
Старые документы – свидетели жизни моего прапрадедушки… Начиная свою работу я только хотела доказать, что издревле якутские охотники бережно относились к своей матушке-природе, что они считали себя ее частью. Но по мере изучения документов я поняла, что вот эти документы – часть жизни моих прапрадеда и прапрабабушки, жизнь целого поколения, жизнь целой страны. И в своей работе, используя методы изучения, наблюдения, интервью, я установила: что каждый документ – свидетель жизни человека.
Ангела Слепцова, ученица 10 класса, Туматская СОШ, Усть-Янский район